Карен Мовсесян: «Нужно всегда соответствовать своей марке!»


Добрый день, дорогие друзья!

С Вами Иван Макаров  и проект www.Numberfirst.ru.

Сегодня у нас в гостях удивительный человек Карен Мовсесян — певец, солит Новосибирского государственного театра оперы и балета, баритон, победитель в номинации лучшая мужская роль в опере, театральной премии Парадиз.

 

Из интервью Вы узнаете:

  • как гитара может полностью изменить Судьбу;
  • нестандартный рецепт успеха от Карена Мовсесяна;
  • как оперный певец PR-службу возглавлял;
  • еще один секрет успеха.

 

Приятного просмотра!

Иван Макаров: «Здравствуйте, Карен!»

Карен Мовсесян: «Здравствуйте, Иван!»

Иван Макаров: «Карен, для большинства людей, опера, балет — это настолько далеко, то есть такие люди, кажется что они делают что-то не возможное. Мне интересно, как попадают в оперу? Как так сложилось, что Вы стали солистом оперы?»

Карен Мовсесян: «Вы знаете, в моем случае попадание в эту профессию оно произошло не по классической лестнице, то есть: музыкальная школа, училище, консерватория, театр, а произошло более интересно. Совершенно внезапно, практически, с улицы я туда попал. Долго думал, чем бы заняться после школы, какую бы обрести профессию? И готовился поступать в Политехнический институт, на факультет медицинской кибернетики. Там такой факультет открыли в Ереванском Политехническом институте. И, внезапно, мне подарили на День рождения гитару и я выучил три аккорда, начал пить песни и мне это понравилось! Начало получаться громко и я, прямо, с этой гитарой пошел в консерваторию и сказал: «Вы знаете, если я не поступлю в институт, меня заберут в армию!» И, Слава Богу, что у меня был еще год в запасе еще до армии, потому что я с шести лет пошел в школу. Поскольку, я пошел в школу с шести лет, поэтому у меня был еще год в запасе и мне порекомендовали замечательных педагогов, с которыми я занимался частно вокалом, сольфеджио и прочими предметами, нужными для поступления в консерваторию, т.е., высшее учебное заведение музыкальное. Мой педагог по вокалу так и остался моим навсегда, то есть Валерий Арутюнов, он довел меня до выпуска из консерватории и,таким вот волшебным образом я туда попал. Окончив его, ВУЗ этот – Ереванскую государственную консерваторию, меня пригласили в Ереванский театр солистом оперы работать. Я совмещал это со службой в регулярной армии, со срочной службой в армии в Армянске. Меня там отпускали на репетиции, спевки всякие, я туда ходил. После окончания консерватории, Ереванский театр закрыли на ремонт и я переехал в Россию, в Пермь, потом в Новосибирск. В Новосибирске я сейчас десятый год и, в принципе, радуюсь и горя не знаю. Мгого гастролирую, много езжу. Рад, что выбрал эту профессию. Но для меня тоже в детстве все эти люди, занимающиеся такими вещами тоже были какими-то небожителями, сделанными из другого теста. А попав в нее, я вижу, что это нормальные, успешные ребята. Нет там дедушек с посохом и бородой, которые строжаться на работников ЖЭКа и старших по подъезду таким голосом, скинувшего с себя красную одежду Деда Мороза, а потом на Новый год надевают ее. Дед Морозов там нет. Все молодые ребята в большинстве своем. Большинству ребят из нашей труппы нет сорока.»

Иван Макаров: «Карен, все-таки, когда стоял выбор между тем, чтобы поступать в консерваторию или в Политехнический, почему Вы решили, все-таки, что консерватория?»

Карен Мовсесян: «А у меня всегда были трудности с математикой, физикой, с такими разными предметами. Я думаю, что изначально было так поставлено, что я должен был найти себя в искусстве все-таки, потому что я всю жизнь любил рисовать, спортивные мероприятия любил. То есть, вещи, которые не связаны с точными науками, с гуманитарными предметами. То есть я не любил никогда застольную работу, какую-то писанину и т.д., то есть, я очень хорошо к этому отношусь, но совершенно не готов к этому.»

Иван Макаров: «Не мое! Спасибо, Карен. И тогда, я так понимаю, просто для себя, что искусство – это,конечно, красиво, когда человек на сцене, да, там. А период подготовки – это же, я так понимаю, колоссальное количество работы,да? Это и репетиции и т.д. Как Вы поддерживаете форму? Со спортсменами я понимаю, а, вот, у людей, которые поют тоже – какой-то регламент, режим? Соблюдение каких-то правил?»

Карен Мовсесян: «В основном, это на усмотрение самого индивидуума, самой творческой единицы. У меня таких особых пристрастий в соблюдении режима нет. Приходится просто быть в ритме, быть в расписании. Успевать. То есть, я много раз говорил, что мое хобби – это успевать за своим расписанием, да? Я очень рад, что у меня очень напряженный график. Сегодня я – здесь. Завтра, я — там. И я с радостью всегда погружаюсь в новые постановки. Вот, сейчас у нас в театре идет постановка. Спектакль называется «Новая история Кентервильского привидения», где я играл главную роль призрака. С путами, там вот, со всеми звуками. (Показывает – прим.авт.). История. В которой он стирает пятно с пола… Я с радостью согласился, но потом, когда начинается репетиции и ты утром и вечером там, бываешь занят по семь –восемь часов в день, просто репетируешь отдельные куски. Пятьсот человек народу там участвует в этом спектакле. Это все грандиозно. Ты никуда больше в другие места не успеваешь. Люди, которым ты обещал выступить там-то, там-то, там-то…все это отменять, менять. В перерыве переодеваться, бежать где-то выступить…Вернуться в таком, запыханном состоянии…Конечно, именно это все и нелегко. Но я не из тех людей, которые, знаете, считают свой труд тяжелее, чем труд чей-либо другой. Мне кажется, что трудная профессия – быть горняком, быть сталеваром и т.д. В любом случае, ты в искусстве – поешь песни и делаешь, в принципе, легкую работу и занимаешься своим любимым трудом и зарабатываешь себе на хлеб, зарабатываешь, в принципе, особые тяжести не таскаешь. Тут есть другие сложности – остаться непонятым, остаться без работы. Здесь сложность взять ипотеку и не успеть за нее расплатиться, потому что ты перестал быть нужным в этом городе, в этой труппе. Тебе нужно переезжать. Переехал в Екатеринбург. Переехал в Москву, В Москве, понятно, много театров. Какой-нибудь да возьмет. А у тебя здесь все финансовые завязки. Здесь у тебя дети в школе учатся. То есть, безусловно, есть свои трудности. У нас искусство потихоньку переходит на европейскую систему, на контрактную систему. В Германии, как делают? Собрали спектакль – месяц его прогнали, труппу разогнали. Начали делать другой проект. На другой проект им нужны другие люди. ТО есть, там такого нет, что ты работаешь солистом оперы, утром приходишь с чемоданчиком на работу, делаешь свои дела, вечером – уходишь домой и так всю жизнь, пока ты не уйдешь на пенсию. И, постепенно, у нас все к этому делу переходит, но, к сожалению, это противоречит устоявшимся законам жизнедеятельности других сфер в нашей стране. Да, то есть, буквально говоря, у меня вот эта квартира, в которой я сижу, если сегодня я перестану в Новосибирске жить, я не смогу ее взять, понести в Москву, понимаете, и там ее поставить! Вот в этом какие-то трудности, конечно, заключаются. А в том, что сама профессия – сложная, трудная,- это ничего подобного. Если ты выучил, если ты умеешь это делать, можешь сесть, выучить наизусть оперу – выйти и спеть тебе особого труда не составляет.»

Иван Макаров: «На самом деле, когда я смотрел Вашу биографию, да…Карен, как это сказать, владеет, поет более пятидесяти оперных арий, более ста русских романсов, более двадцати неополитанских, более двухсот советских песен, то есть, эстрадных, военно-патриотических. То есть, на самом деле, для обычного человека, просто выучить текст, хотя бы части этого – это уже глобально. Поэтому, следующий вопрос такой. Карен, какая самая большая проблема была, вот, в процессе, не знаю, может, в процессе обучения, работы, которую Вам приходилось решать, с которой Вам удалось решить, с которой Вы столкнулись?»

Карен Мовсесян: «Вы знаете, я ненавижу учить тексты! Терпеть этого не могу. Я ждал, когда учился в школе, последние три года, я , практически, вычеркивал дни, когда я перестану заучивать что-то наизусть. Вот, выучу вот это стихотворение от сих до сих до завтра…Если б я тогда мог предполагать,что моя профессия свяжется с тем, что я должен буду учить эти тексты по работе, я бы, наверное, три раза подумал, прежде чем принимать в музыкальный инструмент на День рождения! Потому что, вот, это дело мне, действительно, не нравиться. На больших концертных программах у меня бывает…Во-первых, я не стесняюсь ставить пюпитр, если я плохо знаю тексты. Если у меня большой концерт в двух отделениях, если я две-три песни подглядываю, для зрителя это не является такой большой проблемой: «Ой! Он, смотрите, подсмотрел!» Те же самые Л. Повороти, всякие, они всегда пели с пюпитрами. Есть, буквально, несколько песен, которые я никак запомнить не могу выучить. Есть такая песня советская «Я люблю тебя, жизнь!» Есть «Майский вальс» — военная песня. Есть песни, которые невозможно выучить. Там семь-восемь куплетов, которые все разные и между ними нет какой-то цепи. О есть ты выстраиваешь цепь, чтобы выучить, да, и не можешь. Я всегда откладываю на потом, вот, например, какой-то праздник, меня попросили там выступить, руководство города, области, других городов спеть именно вот эту песню. То я всегда откладываю на потом, учу, буквально, в машине, в наушниках, в последнюю минуту, всегда боюсь выступить.Но я научился делать такую вещь, если запутался в словах я всегда придумываю рифму и перестаю волноваться. Главное, не растеряться и не волноваться. Такое, к счастью, происходит крайне редко. Почему я полюбил именно музыку Арно Бабаджаняна и имею на исполнение этого композитора официальные права и т.д., потому что с ним писали поэты, песенники, …поэты… Р.Рождественский, А.Вознесенкский…Я не знаю, как, вот я два раза слушаю песню Бабаджаняна, написанную на стихи этих поэтов и запоминаю очень быстро, потому что там все настолько тонко, трогательно и просто, что как-будто эти слова становятся твоими собственными! В операх не много обстоят дела иначе. Там на выучку дается очень много времени и ты сам не замечаешь того, как это выучил. Там есть специальный человек концертмейстер – пианист. У тебя каждый день 45 мин. Есть у него… с ним урок — занятие с концертмейстером. Выучка партии, например, Торреодор в опере Кармен. Постановка будет через полгода. Тебе каждый день выписываются эти уроки и ты репетируешь (показывает как –прим.авт.), он играет ,ты смотришь, месяц смотришь, два смотришь как по нотам играть, и сам не замечаешь, как иностранный…на любом языке текст укладывается у тебя в голове просто как механика такая, заученная. Гораздо легче выучить роль в опере, чем две-три песни с разными куплетами и припевами, которую тебе надо спеть завтра или послезавтра. А оперы бывают огромными, там есть партии, которые длятся, отдельно вырезанные от контекста спектакля, которые длятся по полтора часа, непрерывного пения, на немецко языке, которые все ты выучил. А как ты это сделал – ты не замечаешь! Ужас! Конечно, учить наизусть тексты, музыку – запоминаю с полраза! Слушаю песню… Я почему люблю аудиокниги и радиоспектакли? У меня в плеере музыки практически нет. Я засыпаю, чтоб на ушко мне дяденька что-то рассказывал, книжку по ролям читает. Меня это успокаивает, потому что там нет музыки. Если есть музыка, хочешь ты этого или нет, начинаешь работать. Пошли первые три аккорда – я уже знаю, чем песня закончится и начинаю следить за этим. И в машине у меня никогда музыка не звучит. Привык музыку запоминать с полураза. Песня только началась — я могу ее выключить и напеть вам ее, чем она закончится! Вот, а с текстами, да – проблема! Почему-то…»

Иван Макаров: «Спасибо, Карен! Ну, и традиционный вопрос для наших интервью. Как Вы считаете, что необходимо для того, чтобы стать лучшим в том, что ты делаешь?»

Карен Мовсесян: «Вот это, интересный вопрос! Вы знаете,тут конгломерат таких многих факторов!»

Иван Макаров: «Рецепт от Вас.»

Карен Мовсесян: «Везение! Я в него верю! Везение. Я не хочу быть банальным и отвечать профессионализм, работоспособность, трудолюбие. Я люблю полениться иной раз. Люблю отложить на завра некоторые дела! Вы знаете, но когда внедряюсь, врубаюсь, вхожу в процесс, в работу, я могу не замечать, что я три дня ничего не ел. То есть я могу постоянно работать, 24 часа в сутки, если я в не (в работу — прим.авт.) вошел. Колоссальное чувство ответственности нужно иметь, если ты уже стал сам отдельной творческой единицей, независимой от большого коллектива, то есть, у меня большинство моих концертов – они сольные, эстрадные, советская эстрада, классическая, да. Они проходят по городам. Скоро у меня в Новокузнецке, потом в Барнауле, потом в Новосибирске и потом в Москве, то есть, надо ощущать за это ответственность, ты должен всегда соответствовать своей марке. Как-только ты перестанешь это делать – соответствовать — люди перестанут посещать твои концерты. Это непосредственно явится тем, что ты перестанешь быть нужным и необходимым. С тобой перестанут люди работать. Грубо говоря, это не попсовый шоу-бизнес, где, в принципе, работают больше деньги, работают раскрутка, имидж и т.д. Ты – онодневка. Сегодня ты — Влад Сташевский, а завтра – тебя никто не помнит! Вот, буквально. А здесь работа, которая приносит меньший дивиденд, но она более растянута, быть оперным певцом можно до тех пор, пока, буквально, он живет. То есть, это работа без возрастных ограничений и ты должен уметь оставаться на плаву постоянно и всегда! С теми самыми концертными программами. Вы знаете, Новосибирск – третий по величине город в России, по количеству населения, но, в любом случае если ты два-три гола делаешь одно и тоже, одну программу, выходишь в одном и том же одежде, люди начинают что они двадцать пят раз это видели и слышали и ты начинаешь понимать, что тебя чаще приглашают на кулинарные передачи, чем на концерты. Это значит, что, да! Ты интересен, как личность, но ты. В принципе. Свое слово в искустве уже сказал. Я буквально, мониторю, как-только обо мне больше отзывов, как об общественном деятеле чем о певце,, я резко начинаю менять программу, искать какие-то новые выходы в творчестве. Ищу своих композиторов, свои песни, дабы не перепевать. Ищу новые площадки, новые города, то есть. Нужно трепетно относиться. То есть, рецепт такой, нужно быть внутри менеджером всегда! Ты … Артист – это хорошо! Хороший артист – еще лучше!но не всегда будет дяденька, который будет тебя водить за руку. Ты всегда должен понимать, объективно к себе относиться всегда. Никогда не должен ревновать. Понимать, что всегда есть на свете люди, делающие твое дело, луше тебя. Ты должен всегда четко знать, где нужен дождь. То есть, над морем дождь не нужен. Дождь нужен над пустыней. Я не считаю Новосибирск или Сибирь пустыней. Но у меня были возможности рабоатать и в Европе и Москве. Я очень много раз там концертировал и на гастролях был. Но я не люблю быть одим из ста. Я люблю быть одним из одного. Поэтому, вот, коллективное творчество, опера, я его очень люблю, ноя больше ценю зрителя, который приходит на мой сольный, отдельный концерт. Понимете. Там зритель пришел…там ты выступишь хорошо, плохо, спрячешься за плечо партнера, за декорацию – то есть, ответственности на тебе практически нет почти никакой. А когда человек приходит отдельно на твой концерт ты смотришь на то чтобы он был доволен! Получил удовольствие? Нет! Я же не массажный салон! А вот эмоции внутренне…Главное, чтоб человек не пожалел о том, что он к тебе пришел! Рецепт успеха в искусстве, на мой взгляд, чтобы человек, соприкасающийся с твоим искусством, хотел соприкоснуться еще раз ! Ты все для этого должен делать! Что там тебе для этого нужно сделать: туфли начистить, петь хорошо,яйцо проглотить, чтоб распеться, я не знаю. Каждый делает все, что хочет! Только, чтоб ты всегда был нужен людям! Там у Вас был вопрос в анкете, я почему-то…он мне показался немножко острым, но с удовольствием тоже на него отвечу. Немаловажный фактор играет также финансовая составляющая. Но я никогда в жизни не был замечен в том, чтобы отказывать кому-то из-за того, что предложили мало денег. Я очень люблю и постоянно занимаюсь благотворительностью, всякими такими акциями,- петь бесплатно, концертировать для здоровых людей, для больных детей, для ветеранов войны, для кучи другого народа, который в этом нуждается. Первые деньги свои я заработал, будучи студентом. Пел в Американском Посольстве под гитару, когда они ели. Мне дали тогда сорок долларов. Мне казалось, что я самый богатый человек в мире. Я кормил друзей, я принес домой, я купил какой-то электрообогреватель. Это были…девяносто мохнатые года, когда не было электричества в Армении! И сорок долларов тогда это было чем-то невообразимым! Реально казалось, что я богат. Я стал вот так пониже разговаривать (показывает – прим.авт.),там, с мамой, жизнь она – тяжелая вещь,да…Вы знаете, мне это всегда очень приятно, но никогда нельзя путать…всегда нужно ставить искусство выше! Если я нужен где-то, где люди очень хотят меня услышать, а в другом месте я просто яркая какая-то картинка – то я выберу выступление там, где меня реально хотят услышать! Даже, если это будет бесплатно! Вот, серьезно! И поэтому Бог это видит и воздает! Пока что. Вот, все у тебя получается, да?! Ты не знаешь, что у тебя могло получиться! Ты не знаешь, чего у тебя получилось, чего не получилось! Я считаю так, из того, чего я хотел, у меня все получается, то есть, главное = хотеть по теории режиссирования свое жизни! То есть, всего ли ты добился? Я не знаю, чего бы я мог добиться! Например, я не знаю, чего бы я мог добиться, если бы я не курил. Я – курящий человек. Мало ли, вдруг бы я пел в Ла-Скало, в Италии?! А может быть, наоборот, бы не курил и меня бы переехала карта с лошадью. Понимаете? Все вот так. Из того, что я хотел мне всего удается добиваться и благодаря Господу, наверно, пока что все проходит удачно.»

Иван Макаров: «Угу. Спасибо, Карен! Ну, я ладно, сразу без комментариев, тогда. Смотрите, есть ли какая-то книга или, может быть, фильм, которые как-то повлияли на Вашу жизнь?»

Карен Мовсесян: «Наверно, книга Джека Лондона «Мартин Иден», когда человек из пустоты добивается всего и перерастает свое поколение, своих окружающих. Правда, он плохо кончил. Но, у меня, в моем экземпляре «Мартина Идена», в Ереване, вырвана и сожжена последняя страница. И в этом виде мне эта книга очень нравится. То есть, «Мартин Иден» без последней страницы!

Книга "Мартин Иден" Джек Лондон - купить книгу ISBN 978-5-271-40177-0 с доставкой по почте в интернет-магазине Ozon.ru Книга «Мартин Иден» Джек Лондон — купить книгу ISBN 978-5-271-40177-0 с доставкой по почте в интернет-магазине Ozon.ru

Фильм? Я очень люблю фильмы. Серьезные, разные! Смешные, тупые, плоские! Кино, я вообще….без кино, без телевидения, я бы вообще не смог бы долго, потому что это единственная вещь, в которой, с которой я отдыхаю. К кино, я может быть, плохо отношусь к этому виду искусства, но я хорошо к нему отношусь исключительно как к виду отдыха и релаксирования! То есть, не пойду в очередь, как в Лувр. Я в Лувре стоял три часа в очереди, чтоб увидеть Мону Лизу, в кино я не буду стоять в очереди, чтоб увидеть великий фильм, там, Марко Де ля Гроссо де Филлини! Все это есть в интернете в свободном доступе! Сиди – смотри! Я очень уважаю кинематограф как искусство, но отношусь к нему, как к самому необходимому в моей жизни виду искусства, но который кормит такие, скорее всего, очень поверхностные потребности, отдохнуть и повеселиться.»

Иван Макаров: «Переключиться!»

Карен Мовсесян: «А книга – «Мартин Иден», Джек Лондон. Вот!»

Книга "Мартин Иден" Джек Лондон - купить книгу ISBN 978-5-271-40177-0 с доставкой по почте в интернет-магазине Ozon.ru Книга «Мартин Иден» Джек Лондон — купить книгу ISBN 978-5-271-40177-0 с доставкой по почте в интернет-магазине Ozon.ru

 

Иван Макаров: «Спасибо! И тогда еще один вопрос. Я знаю, что с 2011 г. Вы возглавили пиар служу театра, в котором работаете?»

Карен Мовсесян: «Да!»

Иван Макаров: «Как Вы к этому пришли?»

Карен Мовсесян: «Меня попросили в театре…Увидели, как продаются мои сольные концерты, как я воздействую на народонаселение зрительское, посредством соцсетей, посредством СМИ, нахожу разные хитрые способы устраивания там массовых акций, флэшмобов и т.д. Я думаю, что помог театру. Я полтора года работал в пиар отделе. У меня контракт закончился и как вторую работу организовал,благодаря городским властям свою вокальную школу. Щас я ее продвигаю, я ее и пиарю и продвигаю, и учу там детей петь, и т.д. То есть, та же самая пиар служба, но только которая работает на самого тебя, а не на государство. Я очень надеюсь, что помог театру. Мы сделали несколько очень красивых там акций в период моей работ в пиар отделе. Это было для меня незабываемо. То есть, о нашем театре заговорила молодежь в городе. Заговорило блоггерское сообщество. Заговорили совершенно неформальные люди, вот эти, верхолазы, которые на крыши высокоэтажек поднимаются и там хулиганят. Да?! То есть, даже вот с этими ребятами мы дружили. Они поднимались на крышу и для нас фотографии делали. Мы флэшмобы делали в торговых центрах, в медицинском институте во время лекций. О нас постоянно говорили по телевизору, на телевидении. Мы хотели, вот именно, прийти к тому, с чего мы с Вами, Иван, начали разговор. К тому, что оперный артист он не просто дедушка с бородой и посохом, а нормальный молодой парень, который тоже ходит в Сбербанк оплачивать коммуналку, который такой же абсолютно нормальный человек, как любой другой представитель этого города, страны, там, мира и т.д. Вот эту пелену, с глаз, вот то, что недоступность, что вот, есть оперный театр, он один в городе, но мы туда боимся зайти, потому что там нас не пустят, там на нас будут строжится, стрОжится, Там нас поставят в угол, а мы не знаем, как там себя вести. В наших группах в соцсетях мы очень много времени уделяли тому, что рассказывали людям, как там нужно себя вести, абсолютно спокойно. Как в кинотеаре.Ну, понятно, нельзя там жевать попконр. Потом, что же надеть? У меня нет вечернего платья! Нет веера. Понимаете,вот, люди…есть очень много людей, которые просто боятся переступать порог театра, потому что там для них неуютно. Вот, мы и объясняли людям, что там абсолютно уютно, что нужно просто попробовать понять этот вид искусства, который не для всех, он не для всех, но о его существовании и легкодоступности должны знать все. Вот.»

Иван Макаров: «Спасибо, Карен, и еще вопрос следующий. Смотрите,Вы объехали очень много городов России, Европы, у вас есть сольная карьера, своя школа вокальная, какие планы на будущее, следующие, там, личные или профессиональные, если не секрет, конечно?»

Карен Мовсесян: «Я мечтаю о перейти вот на такой рубеж своих песен. У меня есть несколько дисков. Сейчас я Вам их покажу. Поскольку на песни Арно Бабаджаняна у меня есть официальные права, у меня есть также несколько официальных дисков, то есть, они лицензионные, все это, нормально. Песни, которые пел Муслим Магомаев, Арно Бабарджанян, то есть, это все здорово! Я это очень люблю. Песни, которые будут моими, они будут новыми, они будут, точно я знаю, они будут хуже, но я хочу перейти на этот вот уровень своей программы, то есть, песни, не из репертуара других людей, а свои. Я ищу хороших сильных поэтов. Сильных композиторов. Нашел и того и другого. Все договариваемся состыковаться… Есть замечательный мальчик, прекрасный композитор, окончивший Новосибирскую консерваторию, работает в русском народном оркестре – Володя. Есть замечательный поэт. Хочу вот их всех состыковать. Вместе с собой, то есть, мой вокал, его текст и его музыка. И сделать… перейти на совершенно другой рубеж — петь свои песни, сделать аранжировки оркестровые, разослать по всем городам, по которым я ездил со своими старыми программами, чтобы эти оркестры выучили их и я бы ездил по ним, с ними, с этими песнями, и перешел бы совершенно на другой уровень. А в личном плане, конечно, очень хочется уже детей понарожать… Я все для этого делаю! Вот. А там уже будет, как…, пока приходится радоваться таким вот существом. Да! А дальше, нужно какое-то продолжение, конечно, и рода, и фамилии. Ребята, которые уже обзавелись детьми, все говорят, что это – самое высшее счастье. Хочется это попробовать…»

Иван Макаров: «Проверить?!»

Карен Мовсесян: «Да!»

Иван Макаров: «А то, все на словах и на словах!»

Карен Мовсесян: «Да, то есть: «Утю-тю, как ты на маму и папу похож!»- на чужих детей и уходишь, а как это, что значит ночи не спать, когда он там кричит, пищит, конечно, хочется попробовать, узнать. Как это так бывает? Но там по одному пути, если не понравится, ты не можешь его выбросить. Вот это жалко! (шутит – прим.авт.) Но я к этому готов морально, видимо Бог все это время ждал, когда я к этому приду, буду морально готов. И вот сейчас я готов. Я это говорю перед Вами, перед Всевышним, что,вот, уже се, пора! Вот»

Иван Макаров: «Спасибо, Карен! И заключительный вопрос нашего интервью. Что Вы можете пожелать людям, которые только встают на путь к успеху, в той отрасли, в которой они работают. В той сфере, в которой они работают? Может быть, стартуют свое дело? Что бы Вы могли им пожелать?»

Карен Мовсесян: «Не бояться! Ничего не бояться! Найти такую тонкую грань, уважая старшее поколение, в своем деле, будь-то бизнес, будь-то вокал, литература. Любая работа. Стремится быть первым, потому что сейчас мир такой! Ты первый или один из первых, ты – Шумахер,да?! А, вот,или ты успешный, или ты в хвосте. То есть, стремиться нужно проделать этот путь честно, уважая предыдущее поколение, уважая старших, понимая, что они, все равно, знают больше, чем знаешь ты, пережили, проживали за эту жизнь гораздо больше эмоций и трудностей, нежели ты, и у них гораздо больше опыта. То есть, когда я учился в консерватории, слышал некоторых солистов оперы, мне казалось, что уже он старенький, что уже песочек в голосе. Потом, когда уже пришел в этот театр и с тал его коллегой, понял, услышал его рядом, понял, какая колоссальная разница, между мной и им, в его пользу, и вокально, и актерски, и по опыту, и по харизме, вообще, и по энергетике. Тогда я понял, каким я был дураком, когда тогда сидел в зале. Нужно уважать тот труд, который сделан другими людьми до тебя! Нужно брать его за свой базис, откладывать его за спину и от него отталкиваться и от него идти дальше. Использовать его, не хаять никого, не враждовать, не расталкивать никого локтями. Ты честно иди вперед, и если ты талантливый, тебя обязательно заметят. Оценят твое стремление, старание, твою жизненную позицию.»

Иван Макаров: «Спасибо, большое! Я напомню, что у нас сегодня в гостях был Карен Мовсесян – солист оперы, руководитель вокальной школы, и человек, который помог пиар отделу своего театра так что о них заговорила даже молодежь и доказал что артисты оперы – они не какие-то люди, до которых невозможно дотянуться, а самые обычные люди, которые хорошо делают свое дело! Правильно?»

Карен Мовсесян: «Да, правильно! И я желаю Вашему проекту колоссальных, больших успехов, Вам, во всех больших начинаниях. Это здорово, что Вы придумали такой прекрасный проект! Мне очень нравится его название. Вот. Вы знаете, да еще рецепт успеха – нужно стремиться соответствовать названию Вашего проекта! Вот. Нужно всегда стремиться быть первым, но стремиться и соответствовать, иметь на это основания! То есть, небезосновательно,я вот – звезда и идите все лесом! А, вот, именно, соответствовать своим трудом, потом, и потраченным на это временем и энергией! Вот. Вам всех благ! Всех успехов! Я буду следить за Вашим развитием и очень надеюсь, что у Вас все получиться, и мы еще будем не раз с Вами встречаться на таких вот интересных локациях. Вот!»

Иван Макаров: «Я думаю, что, как бы, когда у Вас будет следующий этап, Вы свои планы обозначили, мы Вас, как раз, спросим, а как, все-таки, дети? Да?!»

Карен Мовсесян: «Да! Вот, именно! И я буду иметь еще один стимул стремиться ко всему этому!»

Иван Макаров: «Спасибо большое, Карен!

Дорогие друзья, еще раз напоминаю, что с Вами был Иван Макаров и проект www.numberfirst.ru! До новых встреч, друзья!

Понравилась страничка? Поделись с друзьями. Им полезно, а нам приятно. Спасибо!

Скачать интервью в формате: Скачать DOC Скачать MP3

Оставьте комментарий. Ваше мнение очень важно для нас.